Дело сестер Хачатурян – сложнейший правовой и этический узел

Пора бы уже привыкнуть и относиться философски, что общественная дискуссия на абсолютно любую тему – вплоть до рецепта окрошки – способна превратиться в беспощадный и бескомпромиссный холивар, в котором стороны «пленных не берут». Но иногда возникают ситуации и поводы, когда отрощенный дзен не помогает, и остро чувствуется ущербность радикальной однобокости спорщиков, которые в пылу защиты своей позиции игнорируют и аргументы оппонентов, и даже существо дела.

Именно это чувствуешь, когда наблюдаешь за обсуждением дела сестер Хачатурян.

Как – ну как?! – страшная трагедия, представляющая собой сложнейший правовой и морально-этический узел, превратилась в общественном поле в черно-белую ходульную конструкцию? Каким образом ситуация, которая идеально подошла бы в качестве сюжета для Достоевского, обсуждается в формате «Ленин на броневике»?

«Сестры – невинные жертвы! Их осуждение недопустимо и неприемлемо», – твердят одни. «Нет, они – убийцы, осознанно и продуманно совершившие жестокое преступление! И они должны понести заслуженное наказание», – заявляют другие. И в этом противостоянии стенка на стенку большинство участников в упорной защите своей точки зрения игнорируют, что позиция другой стороны, по сути, ничуть не противоречит их мнению.

Ведь в том-то все и дело, что в этой истории жертвы и преступники, добро и зло, черное и белое сплавлены в неразрывное единство, и именно в таком виде должны были бы подвергаться общественной рефлексии.

В последнее время многие (в том числе и я) отмечают заметное развитие гражданского общества в России, и, действительно – позитивность этого процесса невозможно переоценить. Но дела, подобные делу сестер Хачатурян, наглядно демонстрируют, что по показателю активности процесс идет куда быстрее, нежели по шкале зрелости. Нечто подобное бывает в юности, когда человек достиг совершеннолетия и внешне выглядит абсолютно взрослым, а стоит с ним пообщаться, как выясняется, что по множеству вопросов, особенно требующих внутренней зрелости, он еще дитё дитём.

Но это вовсе не тот случай, когда стоит продолжать кормить самих себя манной кашей с ложечки, умиляясь «ах, какие мы холесенькие, спорим в соцсетях и ходим на митинги совсем как взрослые» и оставаясь в простом и четко поделенном по полочкам мировоззрении тринадцатилетних подростков.

Дело сестер Хачатурян – сложное и до крайности запутанное. В нем переплелись проблемы домашнего насилия, право жертв на самозащиту и грань, где жертвы осознанно превращаются в преступников, ответственность за свои действия и смягчающие обстоятельства, интересы правосудия, потребность общества в справедливости, месть и милосердие.

Понятно, чем вызвано желание перекричать оппонента – ощущением, что это самый надежный способ утверждения своей позиции и повышения ее политической эффективности. Вот только это не более чем иллюзия, причем вредная.

Забавно, но у многих представителей оппозиции и лоялистов есть одна общая черта. Они дружно регулярно обижаются на власть за то, что та их не замечает, не вовлекает в собственный круг. И дело, кстати, далеко не только в финансовой стабильности и возможностях, которые даровал бы подобный статус. Не менее важным является искреннее недоумение людей, почему государство игнорирует их, ведь они знают, что и как надо делать, чтобы шли изменения к лучшему.

Нет, дорогие мои, не знаете. И неважно, какую точку зрения вы отстаиваете в деле сестер Хачатурян – «оправдать и отпустить, потому что они несчастные жертвы» или «примерно наказать, потому что ничто не оправдывает преднамеренного жестокого убийства группой по предварительному сговору».

Государство беспрерывно имеет дело именно с такими вопросами и делами, которые состоят из законодательных коллизий, запутанной многослойности фактов и интересов, моральных противоречий и этических полутонов. Простые, понятные и радикальные решения в виде разрубания гордиева узла в большинстве случаев тут просто не работают. Приходится проявлять гибкость, принимать промежуточные решения и идти на компромисс, в том числе с собственной совестью.

Людям, которые не готовы понять и принять всю эту толстовщину, как обыденность работы государственной машины, делать в ней нечего. Пусть продолжают громкоголосо спорить по поводу того, посадить или отпустить, а также квас или кефир.

Источник: vz.ru

Добавить комментарий